Статьи: Вера и наука

Георгий Галкин. Свет живительный.

Снова жадными глазами
Свет живительный я пью.
Тютчев

С самого начала хочу особенно подчеркнуть, что все, что излагается ниже, является результатом моих многолетних наблюдений и размышлений над вопросами, интересующими меня всю мою сознательную жизнь, за которые отвечать перед людьми и Богом мне самому. В то же время мне очень хотелось в свои 75 поделиться с вами этими мыслями и узнать о них ваше мнение. Заранее благодарен любой (желательно искренней) вашей оценке.

Итак, говорят: «Каждый охотник желает знать, где сидит фазан», или «Где собака зарыта»; или «Почем фунт лиха»… Да мало ли чего еще желает знать подлинный охотник до знаний! В отличие от него каждый неохочий, скажем, к «излишним» познаниям, соответственно, не очень-то к ним и стремится, поскольку уверен, что «чем меньше знаешь, тем лучше спишь».

Впрочем, оставим в покое подобных прагматиков, – Бог им судья. Добавим только, что для них, даже если что-то (или кто-то) где-то действительно существует, но они об этом не ведают, означает, что этого вовсе и нет. Такая уж у них «твердь» противостояния к новым знаниям имеется. Возможно, им кажется, что знают они уже вполне предостаточно. Вот и «обходятся» (по крайней мере, думают, что обходятся) в своей жизни, например, без Бога, даже не подозревая, что как раз Ему-то было бы гораздо проще обходиться без них. Только не в Его это натуре и правилах. А если кто-то рискнет таким ортодоксальным «реалистам» поведать, что проводят они один из наиболее ответственейших этапов всей нашей потенциальной жизни фактически впустую,

Я имею в виду в данном случае те три основных этапа нашей жизни, которые уготовал для каждого из нас Создатель мира сего: этап первый – внутриутробное развитие (о котором ничего не помнят даже те, кто был удостоен высших земных наград); этап второй – жизнь земная во плоти, являющаяся, по сути, образовательным этапом научения жизни вечной, и этап третий – собственно жизнь, причем вечная. - прим. авт.

то в лучшем случае ему просто не поверят. По крайней мере, до той самой поры, когда всем известный «петух» надумает клюнуть и их. Меня, например, хотя и влекли с раннего детства наши церкви и иконы (скорее, как памятники национального искусства), такой петух «клюнул» 10, 09 1995 г., после чего я и принял Святое Крещение (низкий поклон ему за это).

Именно с этой поры Священное Писание стало для меня основной настольной книгой – подлинным учебником нового этапа моей жизни. А наиболее интересным разделом в этом учебнике мне представлялись все эти годы первые главы книги Бытия, повествующие о сотворение мира (впрочем, эти вопросы манили меня уже с раннего детства). Основной же помехой в более глубоком их познании для меня, как и для любого из нас сегодня, являлась, конечно же, та самая узкая специализация, со все более усиливающейся профокраской специальных метаязыков, которая возникла вместе с рождением новой области человеческой деятельности (VI в. до Р.Х.), получившей название науки.

Не исключаю, что основным стимулом к этому явилось то самое «смешение языков» (Быт.11,7), которое принял решение осуществить Всевышний после дерзкой попытки наших далеких предков «сделать себе имя». С тех пор и пошел раздел человечества не только по национальным, но и по мировоззренческим, политическим, профессиональным и прочим признакам, что хотя и открыло некоторые новые ресурсы для более углубленного познания в границах подобных «кланов», но одновременно стало помехой для охвата всего объема новой информации отдельными личностями.

Впрочем, одновременно со все более глубокой дифференциацией человечество стало с тех пор как бы и на рельсы межнационального соревнования в своем развитии. Самое же интересное, что любые подобного рода издержки, можно сказать, полностью исчезают, когда мы искренне обращаемся за помощью к Отцу нашему Небесному.

Лучшим свидетельством тому являются работы в рассматриваемой нами области Иоганна Кеплера, который почти 400 лет назад исходил из того, что любая точка окружающих нас предметов или тел способна испускать или отражать световые лучи во всех направлениях. Он же блестяще для своего времени разобрался и с функциями наших глаз в восприятии внешних объектов, показав, что сфокусированный зрачком нашего глаза пучок лучей, состоит из двух частей: расходящегося конуса излучаемого света и сходящегося конуса преломляемых хрусталиком лучей. Напомню также, что именно он, заканчивая свои труды, благодарил Творца Вселенной за милосердие к нему. - прим. авт.

Уже только поэтому было бы гораздо разумнее, не полагаться в этой нашей земной жизни только на собственное «Я» или на принятые в так называемом светском обществе правила, а заниматься самым серьезным образом наукой вечной жизни.

Конечно, все было бы гораздо проще, если бы во время этой земной жизни, куда все мы попали в результате первородного греха, у нас был бы только один Учитель – Отец наш Небесный. Но так уж случилось, что бразды правления, завещанные нам нашим Создателем (Быт. 1, 28) прародители наши опрометчиво уступили нынешнему князю мира сего – падшему ангелу, сатане или диаволу. Ну, а сей управитель (подобно многим власть предержащим) никак не желает отказать себе в удовольствии поучения всех и вся, а, хуже того, – в откровенном нашем совращении, в полной потере нашего потенциального богоподобия.

Вот и получается, что на главном отрезке освоения науки вечной жизни у нас имеется как бы два совершенно, а точнее, абсолютно разных учителя. Впрочем, подробнее мы рассмотрим, даст Бог, этот вопрос в другой раз. А сейчас вашему вниманию предлагается нечто из области, также очень интересной для меня с раннего детства, но до сих пор покрытой многими тайнами.

Читаем в Библии: И был вечер, и было утро: день один (Быт. 1, 5).

Примерно так было и со мной в ночь с 8-го на 9-е октября 2009 на нашей даче, куда мы с женой прибыли поутру. Как раз накануне я закончил работу над книгой «Имеющий очи, да увидит», и захватил с собою две книги, которые наиболее помогли мне в этом (см. [1] и [2]). Выполнив плановые дела, приведшие нас на дачу, я решил на сей раз поработать с книгой [1] в режиме «Алфавитного указателя», где по теме «Свет» отмечались 53 страницы. Ознакомиться еще раз и даже законспектировать я успел только две темы: «Антивещество» и «Волны» , как начало темнеть – наступал вечер. Прослушав с женою часть передачи нашей любимой радиостанции «Радонеж» (кстати, это было накануне 90-летнего юбилея духовника Свято-Троицкой Сергиевой Лавры, архимандрита Кирилла (Павлова)), мы вдруг оказались в полной темноте. На улице разразилась гроза, и нам пришлось читать вечерние молитвы при свечах.

Проводив супругу в ее «келью», расположенную на первом этаже, я принял горизонтальное положение (в который уж раз, предавшись очередной попытке понять «физику» свечного света) и вскоре заснул, задумавшись, кстати, на миг, а что принесет мне день грядущий. Проснулся я от громких звуков радиоприемника, который, оказывается, не был нами выключен. Сообразив, наконец, что «дали электричество», я включил большой свет и успел взглянуть на часы, заодно выключив радиоприемник. Часы показывали 23 часа 57 минут, и в этот момент свет снова погас. Но проснувшийся разум уже подхватил нить размышлений, с которыми я заснул, и я решил по привычке тут же записать рождающиеся мысли, благо и очки, и писчие принадлежность находились рядом. Пришлось только зажечь свечу…

На этот раз записи подлежали такие вот идеи. Во-первых, я вдруг очень четко осознал, что сегодняшние ученые, отдаваясь полностью проблемам своего профиля, порою просто не в силах соотносить и состыковывать их с вопросами смежных, а, тем более, отдаленных от них специализаций. Так, оптики ломают головы над особенностями физики света (которого бессильна объять тьма). В то время как психологи и физиологи силятся разобраться с особенностями восприятия света человеком и всех живых существ (см., например, работы [3] и [4]). И где уж было сообразить ортодоксальному материалисту, которого с детства пытались приучить каиниты (последователи библейского Каина – братоубийца. – прим. авт.) наших времен (я имею в виду в данном случае, как вы, надеюсь, догадываетесь, рьяных опричников «научного коммунизма»), что все во Вселенной происходит само собою (или по воле коммунистов страны советов и ленинских заветов). Ведь даже подлинный академик С.И. Вавилов, подошедший в своей весьма интересной и достаточно ценной книге [5] к ее теме с довольно комплексных позиций, осторожно утверждает во введении: «И в наше время рядом с наукой, одновременно с картиной явлений, раскрытой и объясненной новым естествознанием (курсив мой – Г. Г.), продолжает бытовать мир представлений ребенка и первобытного человека» [5, с.5]. Не смели тогда даже думать ученые о том, что создав в самом начале Своего творения свет, Господь Бог затем последовательно, чудесным образом адаптирует к нему все живые организмы, начиная с растений (Быт.1, 11) и заканчивая Ему подобным человеком (Быт.1, 27 и далее). И любой земледелец издавна прекрасно знает, как велика роль света в жизни растений. А апостол любви Иоанн Богослов, любимый ученик Иисуса Христа, в первых же строках своего Святого Благовествования свидетельствует всем нам великую тайну: В Нем была жизнь, и жизнь была свет человеков (Ин.1, 4) (сравним с Быт. 1, 4). И действительно, как можно было согласовать невообразимую скорость света—300 000 км/с с нашими физиологическими возможностями?

Как раз это-то и открылось мне в ту ночь. А ведь знал я еще со времен работ Ярбуса [6] и об инерционных особенностях нашего зрения, и о таинственном НКТ (наружном коленчатом теле, расположенном на пути зрительных сигналов между сетчаткой наших глаз и корой головного мозга), тайны которого были раскрыты в 70-х гг. прошлого столетия американскими учеными [4]. То есть знал, что наши зрительные ощущения, какое-то мгновение , как бы по инерции, сохраняются неизменными. Знал (?), но вот не сумел вспомнить об этом в процессе размышлений над механизмами света.

Рисунок 1. Изображение установки для разложения солнечного света призмой в темной камере Кунсткамеры Петербургской Академии наук в первой половине XVIII в.
(по рисунку академика Крафта)

Чтобы лучше понять, что же именно в данном случае я имею в виду, переключимся на время к проблемам цвета, вариантов толкования образования которого, сегодня немало. И все они, как правило, базируются на Ньютоновском «семицветике» (впрочем, мне ближе Ломоносовское «трицветие), который, в свою очередь, зиждется на примере разложения солнечного света трехгранной призмой. Любопытно, что абсолютно все толкователи данного эффекта, не договариваясь, считают, что появление радужного чередования цветов после прохождения солнечного пучка (лучика, которого Ньютон добивался с помощью отверстия в оконной ставне) сквозь призму происходит именно так, «как это объяснял в свое время Ньютон» (точнее так, как все они поняли его). Так, даже С.И.Вавилов утверждал: «Белый свет (по Ньютону) – сложная механическая смесь бесчисленного разнообразия лучей, преломляющихся в стекле в разной степени. Призма не изменяет белого света, а разлагает его на простые составные части, смешав которые можно снова восстановить первоначальную белую окраску» (рис.1) ris-24.jpg[5, с.18]. Вот тут-то лукавым образом и закралась ошибка, которую пронес до недавнего времени и я – грешный.

Во-первых, хотя и принято так выражаться: белый свет, этот свет, как это прекрасно знает любой живописец, на самом деле далеко не белый. Поэтому я предпочитаю различать два основных состояния видимого света: первозданный свет, называя его светом первого эшелона, – это свет горящей лучины, свечи, лампочки и т.д. и, наконец, свет раскаленного Солнца. Этот свет проявляет себя всегда (воспринимается тем или иным субъектом), только непосредственно проникнув в чей-то глаз, или пав на лист растения, на фотопленку, фотоэлемент и т.д. Светом же второго эшелона я называю тот вариант, когда свет попадает в чей-то глаз, предварительно отразившись от какого-то материального объекта, ставшего на его пути. Кстати, именно сей свет приносит нам информацию о свойствах той поверхности, от которой он отразился (о ее цвете, текстуре, фактуре и прочих тонкостях, столь важных для любого внимательного живописца).

Во-вторых, по моим наблюдениям, свет не есть, как выражаются последователи Ньютона, некая механическая смесь разнообразных («разноцветных») лучей. Ведь если бы так было на самом деле, то мы вправе задать вопрос: а как же обеспечивается в данном случае проблема дозировки «разноцветных» лучей, которой и достигаются необходимые пропорции «коктейля» таких лучей при их смешении в тот самый «белый»?

Рисунок 2. Электромагнитный спектр.

Здесь следует нам вспомнить кое-какие моменты из физики волн, которыми наделяются вся группа электромагнитных излучений, включая и группу света видимого (рис. 2)ris-031.jpg. А заодно вспомним о том, что на протяжении всей истории оптики можно было наблюдать «…попеременное преобладание двух основных взглядов, ратующих за корпускулярную и волновую модели световых явлений. Примирение этих моделей в концепции корпускулярно-волнового дуализма является, по существу, лишь формальным и скорее говорит о том, что многое в природе света остается пока неизвестным» [2, с. 146].

Вспомним так же и о том, что еще до создания видимого мира и наших прародителей Бог создал Небесный ангельский мир (Быт. 2, 1), обладающий удивительным порядком. Это Небесное воинство, по нашему убеждению, представляет собой четкую иерархию, содержащую в себе три основных иерархических блока, в каждом из которых содержится по три чина ангелов (рис. 3), что мне лично напоминает структуру электромагнитных волн (рис.2).

Рисунок 3. Три иерархических блока Небесного воинства.

Читаем в Библи: Тогда придите — и рассудим, говорит Господь. Если будут грехи ваши, как багряное, — как снег убелю; если будут красны, как пурпур, — как волну убелю (Ис.1,18) (см. также Быт.1, 18).

Итак, волна является одной из известных физике форм движения, специфика которой заключается в том, что сам «движитель» вроде бы остается на своем месте, а «груз» при этом – перемещается! (Согласен, слово «груз» даже в кавычках не очень-то подходит для определения специфики света. Скажу больше: для меня в данном случае понятие «волна» не более как образ; а вот как именно движется свет на самом деле – пока еще великая тайна, которая открывается нам весьма очень медленно.)

Кстати, совсем не случайно мы вспоминали выше и об Ангельском войске, как о неком аналоге всего спектра электромагнитных излучений и видимого света, в частности. Мне лично в этой связи очень хочется определить свет как некое информационно-связующее звено (канал), находящееся в промежуточном во всех смыслах данного слова положении между миром материальным и миром духовным. При этом главной функцией его, конечно же, является оперативная информационная связь, работающая, скорее всего, почти одинаково в обе стороны (Богу прекрасно известно всякий раз то, что именно почерпнули мы по этому каналу).

Однако, предоставим слово физикам, которые толкуют, во-первых, что волны могут распространяться не только так, как наблюдаем мы это на водных просторах, но и по разным волноводам, роль которых могут исполнять различные трубы, стержни, струны и т.д. Например, звуковая волна может зародиться в трубочке свирели, под смычком скрипача и т.д., распространяясь затем вдоль струны (или по водопроводным трубам всех соседних квартир). В таком случае физики рассуждают примерно так: «Зная, что скорость звука в воде составляет около 1500 м/с, и оценивая частоту слышимой обычно, звуковой волны примерно в 500 Гц, можно найти, что соответствующая длина волны намного превышает диаметр водопроводной трубы и поэтому волна, идущая по трубе, является одномерной» [1, с. 40] (другим примером одномерного распространения звуковых волн является хорошо известные морякам переговорные трубы).

Рисунок 4. Лучи солнца наподобие «многорукого осьминога».

В целях экономии времени и места, пропустим иные типы волн и сразу же перейдем к волоконной оптике, начавшей свое шествие с 1950-х гг. Напомню, что волоконный световод уже тогда представлял собой тончайшую стеклянную нить с сердцевиной радиуса от 1 до 10 мкм и с оболочкой радиуса от 10 до 100 мкм. Распространяясь по этой конструкции, световой луч испытывает полное внутреннее отражение на границе между сердцевиной и оболочкой, двигаясь в заданном направлении. А если это действительно так, то уже на базе этих примеров возникает сомнение по поводу идеи, бытующей со времен Ньютона, о возможности, якобы, четко дозированного, одновременного движения «разнокалиберных» («разноцветных») световых волн «локоть к локтю» в заданном им кроссе (см. выше цитату Вавилова). Поэтому с некоторых пор лично я придерживаюсь идеи лучевого, строго линейного движения света, в ходе которого ряд фотонов,

ФОТОН - квант поля электромагнитного излучения Согласно квантовой теории, электромагнитные волны представляют собой поток элементарных частиц, имеющих нулевую массу покоя, движущихся в вакууме со скоростью света. Наиболее отчетливо свойства фотонов как частиц проявляются при их взаимодействиях с другими частицами. Отсюда я делаю вывод, что остановившийся фотон как бы исчезает (его масса становится нулевой!), а далее движется уже только его энергия. - прим. авт.

каждый из которых в отдельности обеспечивает свой цвет, движутся друг за другом подобно группе велосипедистов, отличающихся друг от друга в данном случае, можно сказать, лишь тем, что кто-то из них является первым (вторым, … и т.д.), а кто-то – последним. Такие «поезда» из разносильных (разночастотных) фотонов я называю светонами, предполагая, что каждый из них движется по собственной трассе, не мешая друг другу, подобно дождевым каплям, а все вместе со временем плотно заполняют всю сферу, образующуюся вокруг источника их зарождения: свечного огонька или некой вишенки, отразившей от себя во все стороны свои светоны (подробнее об этом чуть ниже). Не исключаю я в данном случае и возможности движения отдельных светонов по общим трассам, берущим свое начало от единого для них «депо». В конце концов, египтяне не очень-то грешили с истиной, изображая лучи солнца наподобие «многорукого осьминога» (рис. 4) [8].

Итак, наши велосипедисты-фотоны, прибывая на станцию назначения (в чье-то око), поочередно (но очень и очень быстро!) докладывают «главному диспетчеру этой станции» о своем прибытии по принципу: «первый-второй и т.д.». Наш же «тугодум» воспринимает такой доклад в целом, как сведение о прибытии всей группы фотонов в составе единого светона, то есть как единый «интеграл от красного до фиолетового цвета», – как «белый свет». Радуга фотонов мысленно сливается в нашем сознании, за счет его инерции, в бесцветный дневной или солнечный (если наши поезда прибыли от Солнца) свет.

Другое дело, если по пути своего крейсерского движения им пришлось преодолеть некое препятствие, подобное трехгранной призме (см. рис.1) или набор дождевых капель, которые можно рассматривать как часть выпуклой линзы. В таких – более плотных средах разность «спортивных потенциалов» наших «велогонщиков» проявляет себя более существенно и, чтобы сохранить хотя бы пространственное единство своего «светона», каждый фотон-цветогон вынужден выбрать отрезок пути в новой среде по своим силам. И если «красный» еще способен преодолеть отрезок стекольного (водяного) пути в наибольшей его толще, где-то близ основания призмы, то «синий» едва успевает за ним, двигаясь близ острия призмы или в самом тонком месте дождевой капли.

Все это каждый из нас может довольно легко проверить, заполучив хотя бы на время трехгранную призму. В данном случае вам не придется «городить огород», действуя по схеме Ньютона. Достаточно навести призму на любой источник света, и вы увидите радугу, красная линия которой всегда будет обращена своей выпуклостью к основанию призмы. За ней (по направлению к острию призмы) вы различите (в Ломоносовской последовательности) желто-зеленые и сине-фиолетовые дуги. По большому секрету открою вам, что при наведении призмы непосредственно на Солнце (поберегите свое зрение и сами этого не делайте, тем более, что я только что еще раз проверил это) его фотоны первого эшелона пробиваются сквозь призму на крейсерской скорости не разлагаясь на спектральные цвета. Все же остальные, более слабые источники света (в том числе и облака на солнечном небосводе), всякий раз окрашиваются или обрамляются по Ломоносову тремя основными цветами.

А теперь разберемся с тем, как ведут себя светоны второго эшелона, рождающиеся в результате отражений светонов первого эшелона от предметов, ставших на их пути. Навряд ли нужно подробно рассказывать о том, что всем подобным предметам всегда присущ какой-то собственный цвет (причина этого явления кроется, конечно же, на молекулярном уровне их поверхностного слоя, что требует особого разговора).

Итак, излучения Солнца содержат все видимые длины волн в диапазоне от ц00 до 720 ммк, как раз к которым и адаптировано наше зрение. Не только физики, но и каждый из нас прекрасно знает, во-первых, что солнечное излучение является основным источником энергии для всего живого на Земле; а, во-вторых, что все материальные предметы, включая растительный, животный мир и нас с вами избирательно поглощает энергию солнечного излучения .

Нам, например, довольно неполезно ультрафиолетовое излучение, от которого нас защищает, в частности, солнечный загар. - прим. авт.

Желающих подробнее ознакомиться с механизмами биологического воздействия спектральных диапазонов солнечного света я отправляю к работе [7]. Мы же пока что просто согласимся с тем, что энергия солнечного излучения, которую частично поглощают, а частично отражают все обитатели Земли (одушевленные и неодушевленные), после своего отражения от различных (освещенных им!) предметов имеет уже другое распределение по длинам волн. Так, красный маковый цветок, отразит от себя в основном фотоны, которые мы с вами воспримем в качестве красного цвета, поглотив при этом всю остальную группу фотонов. Зато свежий снег отразит практически полностью все павшие на него светоны, в результате чего мы воспримем его зрительно в качестве белоснежного. Таким образом, наши ощущения цвета являются, скорее всего, чисто психологической – духовной(!) характеристикой окружающего мира.

приведу по этому случаю стих из книги пророка Исаии: Трава засыхает, цвет увядает, а слово Бога нашего пребудет вечно ( Ис.40:8). - прим. авт.

Библиография.

  1. Энциклопедический словарь юного техника/ Э61 Сост. В.А.Чуянов. – М.: Педагогика, 1984.
  2. В.И. Неделько, А.Г. Хунджуа. Основы современного естествознания. Православный взгляд. – М.: Паломник, 2008 по Р.Х.
  3. В. Е, Демидов. Как мы видим то, что видим – М.: Знание, 1979
  4. П. Линдсей, Д, Норман. Переработка информации у человека. М.: Мир, 1974.
  5. С.И.Вавилов. Глаз и Солнце. Издание 10-е. – М.: Наука,1981
  6. А.Л. Ярбус. Роль движения глаз в процессе зрения. – М.: Наука, 1965.
  7. С.Ю.Вертьянов. Общая биология.– Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 2005.
  8. http://davidaidelman.livejournal.com/267277.html

Последнее обновление: 23.01.2010
Издание прихода

«Вербочка» №1(98)/2014 Январь

Материалы номера

Церковный календарь

 



Система Orphus
аборт, мини аборт, контрацепция,
События
Смотреть на Твиттере